Александр вошел в нищее начало девяностых студентом университета и единственным сыном родителей, большую часть сознательной жизни проживших и проработавших за границей. Причем, ни в какой-нибудь сраной Анголе, а в основном в Швейцарии, так что сквозь нищету и пустые прилавки пробивавшиеся в Россию авангардные отряды потребления были для него делом привычным, а родительская квартира, воспринимавшаяся гостями как выставка достижений западной цивилизации, была такой неотвратимой приманкой для девушек, что даже и пожелай он вдруг тогда смолоду жениться, то ничего бы не вышло, поскольку любая из подруг потенциальной невесты тут же переключила бы его на себя, а чтобы с гарантией, так на себя и на еще одну подругу сразу. За два года подобной жизни Саша потерял всякую веру в девичьи добродетели и постепенно стал переключаться на жесткое порно, после которого не было необходимости обсуждать творчество Набокова и Солженицына. Потому, что не было желания обсуждать.

Период жесткого порно, никогда, впрочем, не исчезавшего до нулевой отметки, завершился в своей острой фазе с приездом родителей. Саша восхищался отцом и считал его человеком уникальным. Когда в стране нечего было делить, отец за казенные деньги жил там, где делить тоже было нечего, но, по крайней мере, уровень жизни был соответствующим. Как только в стране началась дележка, он тут же и вернулся, чтобы на основе многолетнего западного опыта предложить свои услуги в управлении поделенным за небольшую его часть. Почти двадцатилетняя служба в ООНовских богадельнях типа ВОЗ подарила бесценный аппаратный опыт, который оказался удивительно востребованным в тот момент, когда старый партийный уже не всегда срабатывал, а новый демократический в принципе никогда сработать не мог. Благодаря этому опыту, отец выскальзывал из любых жестких и недолговечных конструкций, и вскоре оказался вице-президентом одной из бюджетообразующих естественных монополий, в которой при всех начальниках благополучно доработал до того возраста, когда решил уйти на заслуженный отдых и вернуться в тихую и спокойную Швейцарию.